Скан страниц журнала «Фронтовая иллюстрация» за май 1945 года

Первая страница обложки.
Цитата Сталина.
Читать дальше

Во время тяжелейших боев под Сталинградом в Астрахани формировалась 28-я резервная армия, укомплектованная пушками. Однако двигаться в путь было невозможно: во всей округе — ни грузовиков, ни лошадей. Осмотревшись, командование решило привлечь в качестве тягловой силы верблюдов. Местные власти выловили почти всех диких животных, передав их воинским частям. Солдатам пришлось непросто, многие видели двугорбых в первый раз, а здесь предстояло управлять такой махиной на передовой. Да и скверный характер животины проявляли при каждой попытке общения. На помощь пришли мальчишки-пастухи. За короткое время с их помощью красноармейцы обучили животных носить упряжку, возить повозки и полевую кухню, тащить орудие, вес которого превышал тонну. Верблюды славились выносливостью, поэтому вместо трех пар коней, полагающихся для перевозки пушек, запрягали две пары верблюдов.
Читать дальше

До 1943 года наша семья проживала в деревне Хорошево Пасиенской волости Лудзенского уезда. Семья состояла из пяти человек: отец Петр Сырцов (1894 года рождения), мать Геновефа Сырцова (1900 года рождения), сестра Са­ломея (1923 года рождения), сестра Антонина (1930 года рождения) и я.
25 августа 1943 года мы работали в поле на своем ху­торе. Убирали пшеницу и на лошади возили в сарай. По­сле обеда со стороны леса появились два полицая и напра­вились в нашу сторону. Подойдя к нам, сказали: «–Бросай­те работать, оставляйте скот в поле, сразу все вместе иди­те домой». Когда отец спросил, в чем дело, они ответили: В вашем доме нужно произвести обыск. Мы ничего не подозревали. Но что-то нас обеспокоило.
Мы все оставили в поле и на лошади приехали домой. Когда мы зашли в дом, полицаи нам объявили: «Вы аресто­ваны всей семьей как политически ненадежные элементы. Никому из дома не выходить. Один час на сборы. Берите документы, личные вещи и продукты – столько, сколько можете унести».

Читать дальше

Вторая мировая война была порождена целым комплексом различных причин. Одна из них – территориальные споры, возникшие после Первой мировой войны, а иногда и много раньше. Передел мира в пользу стран-победительниц в войне 1914-1918 гг., в первую очередь Англии и Франции, потеря Германией и ее союзниками значительной части их прежних территорий, распад двух крупнейших европейских многонациональных империй: Австро-Венгерской и Российской, на развалинах которых возникло девять новых самостоятельных государств (Австрия, Венгрия, Чехословакия, Сербо-Хорвато-Словенское королевство (с 1929 г. – Югославия), Польша, Литва, Латвия, Эстония, Финляндия), с новыми, нередко спорными границами, стали источником постоянной международной напряженности и военных конфликтов.

Большие территориальные изменения произошли в Восточной и Юго-Восточной Европе. Союзница Германии по Первой мировой войне Болгария была вынуждена отдать Южную Добруджу Румынии, Западную Фракию – Греции, а часть западных земель, граничивших с Македонией, – Сербо-Хорвато-Словенскому королевству (будущей Югославии). Румыния, воевавшая на стороне Англии и Франции, кроме Южной Добруджи получила в награду Трансильванию, населенную в значительной части венграми, и захватила у России Бессарабию. Возрожденная в 1918 г. Польша присоединила к собственно польским землям Западную Украину, Западную Белоруссию, Виленский край Литвы и часть Силезии, предъявила претензии на Тешинскую область, перешедшую к Чехословакии от Германии.
Страны, потерявшие часть территории, хотели ее вернуть, а страны, получившие территориальные приращения, стремились их сохранить или приумножить. Румыния конфликтовала с Венгрией из-за Трансильвании, а с Болгарией из-за Добруджи; Болгария – с Грецией из-за Фракии, а с Югославией из-за Македонии; Германия – с Польшей и Чехословакией из-за Силезии и Судетской области. Горечь поражения, оскорбленные национальные чувства, обида на реальные или воображаемые притеснения со стороны соседних государств, стремление прийти на помощь соотечественникам, внезапно оказавшимся за пределами новых государственных границ, разжигались правящими кругами, переплавлялись в ненависть к «врагу», к мечте о реванше и «отмщении», в психологическую готовность к войне.
Читать дальше

Очень интересная информация, на сам деле все было не так прекрасно и народ не стремился отдавать свою жизнь за Родину.

Грань между миром и войной была незримой, и смену реальности люди восприняли не сразу. Многим казалось, что это всего лишь какой-то маскарад, недоразумение и скоро все разрешится. В первые недели войны народ еще верил в скорую победу и даже сочинял анекдоты и частушки про Гитлера. Вот один из них: «Какое наказание избрать для Гитлера после его свержения? Заставить его изучать краткий курс ВКП(б) на древнееврейском языке». 8 июля в газете «Известия» был опубликован Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об ответственности за распространение в военное время ложных слухов, возбуждающих тревогу среди населения». Согласно ему, виновные лица карались заключением на срок от двух до пяти лет.

Переломным днем в восприятии жителями Советского Союза войны, безусловно, стало 14 августа. Именно тогда вся страна вдруг узнала, что немцы заняли Смоленск. Это действительно был гром среди ясного неба. Пока бои шли «где-то там, на западе», а в сводках мелькали города, местонахождение которых многие могли представить с большим трудом, казалось, что все равно война еще далеко. Смоленск – это не просто название города, это слово означало многое. Во-первых, это уже больше 400 км от границы, во-вторых, всего 360 км до Москвы. И в-третьих, в отличие от всяких там Вильно, Гродно и Молодечно, Смоленск – это древний чисто русский город. В-четвертых, это означало, что положение на фронте гораздо хуже, чем в Первую мировую, когда немцы и близко не подошли к Смоленску. Именно в этот момент, в середине августа 1941 г., многие отчетливо поняли, что крах советской власти может быть близок. Никто не знал, чего хотят немцы после захвата Советского Союза, но все догадывались, что уж диктатуре-то большевиков точно придет конец. После этого начался стремительный рост антисоветских настроений, и некоторые граждане даже не скрывали, что ждут прихода Гитлера с радостью.
Читать дальше

Германско-советская война была неизбежна, оба государства к ней готовились: вооружались, разрабатывали оперативные планы, увеличивали армии. Однако Сталин И.В. стремился всеми силами оттянуть её начало, постоянно опасался спровоцировать немцев, понимая, что СССР к войне ещё не готов. На самом деле, несмотря на неистовство сталинской пропагандистской машины, убеждавшей народ, что войны не будет и «все это слухи, распространяемые империалистами», люди за годы советской власти научились распознавать сигналы сверху и читать между строк. Если в центральных газетах пишут, что войны не будет, а партия из всех труб трубит, что все хорошо, значит надо запасать соль и спички.

Читать дальше

В российской истории до недавних пор 23 февраля отмечался как День Советской армии и Военно-морского флота. В феврале 1918 года (заканчивалась I мировая война) Красная армия успешно отразила натиск немецких войск. Ныне этот праздник переименован в День защитника Отечества. 23 февраля – это всенародный праздник, вселяющий в нас радость, в этот день чествуются все защитники от мала до велика, ведь Вооруженные силы страны хранят наш с вами мир и покой.

Общий отход войск Юго-Западного фронта был сопряжен с большими трудностями. Авиация противника, господствуя в воздухе, атаковала отходящие части. Жители разорённых деревень уходят в лес. Темп наступления танковых и моторизованных дивизий противника оказался выше темпов маневра наших резервов. Немецкая 11-я танковая дивизия с ходу преодолела оборонительный рубеж на восточном берегу р. Случь и 8 июля заняла Бердичев. 9 июля 13-я танковая дивизия, преодолев не завершенный строительством северный фас Новгород-Волынского укрепленного района, ворвалась в Житомир. 3-й моторизованный корпус, продвинувшись за двое суток на 110 км, к исходу 11 июля вышел к внешнему обводу Киевского укрепленного района, где был остановлен героической обороной защитников Киева. В итоге противник смог в короткий срок выйти на подступы к Киеву.

Быстрое развитие наступления 1-й танковой группы стало возможным только вследствие полной неготовности наших укрепленных районов, опоздания подхода резервов, высоких темпов продвижения танковых соединений противника а также в результате господства в воздухе немецко-фашистской авиации. Гитлеровцы осуществили прорыв в глубь территории Украины.

Начальный период войны закончил для нас тяжелым исходом. Вооруженные Силы понесли большие потери, главным образом в боевой технике, особенно в авиации и танках. Если перед войной западные приграничные округа располагали превосходством над противником в количестве танков и авиации, то к исходу начального периода войны это превосходство было утрачено. Тяжелый исход начального периода войны оказал всестороннее влияние на дальнейший ход Великой Отечественной войны.
Читать дальше

С развитием наступления противника, штаб Западного фронта потерял управление войсками. Отдаваемые им приказания войска получали с большим опозданием или вообще не получали, большей частью эти распоряжения не соответствовали обстановке. Ряд частей, которым они адресовались, уже потеряли боеспособность.

Командование фронта не смогло принять мер для организации обороны, чтобы задержать наступление 3-й танковой группы гитлеровцев. Ее передовые части прорвались к северной окраине Минска, а войска 2-й танковой группы вышли на южную окраину города, отрезав тем самым основные пути отхода на восток войскам наших 3-й и 10-й армий, значительная часть которых оказалась в окружении в районе между Белостоком и Минском. Несмотря на тяжелое поражение, окруженные войска приковали к себе 21 дивизию группы армий «Центр». Только восемь вражеских дивизий имели возможность немедленно продвигаться дальше на восток. Это позволило нашему командованию выиграть время для выдвижения из глубины страны новых соединений на рубеж рек Западная Двина и Днепр.

Советское Верховное Главнокомандование, учитывая крайне трудную обстановку на Западном фронте, решило создать новый фронт обороны на западном направлении путем развертывания на рубеже рек Западная Двина и Днепр соединений прибывающих из внутренних округов. Новая группировка первоначально называлась Группой армий резерва Главного командования (с 1 июля она стала именоваться Западным фронтом). В ее состав были включены прибывшие из резерва Ставки 22, 20, 21, 19 и 10-я армии. Эти армии получили задачу развернуться на фронте западнее Невеля, по восточному берегу Днепра до Кременчуга, протяжением до 700 км.
Читать дальше

Через час после начала вторжения, посол Германии в Советском Союзе граф фон Шуленбург вручил В. Молотову меморандум. В нём говорилось, что советское правительство хотело «нанести удар в спину Германии», и потому «фюрер отдал вермахту приказ воспрепятствовать этой угрозе всеми силами и средствами». «Это что, объявление войны?» — спросил Молотов. Шуленбург развёл руками. «Чем мы это заслужили?!» — горько воскликнул Молотов. Утром 22 июня московское радио передавало обычные воскресные передачи и мирную музыку. О начале войны советские граждане узнали лишь в полдень, когда по радио выступил Вячеслав Молотов. Он сообщил: «Сегодня, в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну.

Три мощные группы германских армий двинулись на восток. На севере фельдмаршал Лееб направлял удар своих войск через Прибалтику на Ленинград. На юге фельдмаршал Рунштедт нацеливал свои войска на Киев. Но самая сильная группировка войск противника развертывала свои операции в середине этого огромного фронта, там, где, начинаясь у пограничного города Бреста, широкая лента асфальтированного шоссе уходит в восточном направлении – через столицу Белоруссии Минск, через древний русский город Смоленск, через Вязьму и Можайск к сердцу нашей Родины – Москве.
Читать дальше